фото из архива ТРИЭС

Врезалось в память


Юлия Товескина, "Любинский проспект" 07-03-2011

Косторез Наталия Кугаевская – уникальная личность. Работы, аналогичные тем, что делает она, в столице продаются за сотни тысяч рублей. А она даже не стремится зарабатывать на своем таланте.


Живет в скромном домике на окраине Омска, никогда не дает интервью, не пиарится. Даже в Со­юзе художников, членом которого она является уже много лет, о ней не знают почти ничего.

– Шестой год живет в Омске, появляется только на выставках, работает дома, где-то на окраине... – это, собственно, все, что нам удалось узнать о Кугаевской – члене Союза художников России, Международной ассоциации пластических искусств при ЮНЕСКО, дипломанте многочисленных выставок, действительно выдающемся косторезе. Так что интервью для «ЛП» можно смело назвать насто­ящим эксклюзивом!

 – Почему такая таинственная «закрытость»?
– Я застенчивый человек, – признается Наталия. – Отец-военный всегда говорил: «Не хвастайся, люди сами заметят».

– Расскажете о себе?
– Родилась я в Кунгуре, в семье – пятеро детей. С детства рисовала, шила, делала вышивки такой сложности, что за них платили 7 рублей, тогда как мама-портниха за заказ платья получала всего 8. Окончив технологический техникум, пошла искать работу. Швейное ателье, где работала мама, сгорело, и я без специального образования… оказалась на Тобольской фабрике художественных косторезных изделий. «Девочка, выходи завтра на работу», – сразу сказал художник, посмотрев на мой рисунок с натуры и пластилиновый слепок с образца. Все на удивление давалось легко. В итоге я стала ученицей известного тобольского мастера Геннадия Кривошеина, а уже через год вошла в состав худсовета и вела своих учеников. В итоге уже в 21 год я получила высший – 5 разряд резчика по кости. Это максимальный разряд. Но при этом я никогда не делала мелочь, занималась только скульптурой.

– «Восточно-фэншуйная» экзотика легко вытесняет память собственных истоков. Что это такое – Тобольская школа резьбы по кости, появившаяся в 18 веке, – пожалуй, известно только искусствоведам да немногим просвещенным. Работая на фабрике в советское время, вы чувствовали себя автором или все-таки «штамповщиком»?
– Кто-то выдавал изделия оптом – по трафарету, на подставочку прилепят и план сдают. Многие бы­вшие «ученики», еле узнав азы, открывали мастерские, зарабатывали. Каждому – свое. Я так не могу. Скажу лишь, что миниатюрная скульптура с особенной пластикой – старинный вид русского промысла – зачастую не имеет ничего общего с кустарными «сувенирчиками» в недрах интернет-магазинов и салонов «эксклюзивных» подарков.

– По самым скромным оценкам, килограмм бивня мамонта стоит 300 долларов плюс высокохудожественная работа. В частных галереях цена некоторых готовых изделий доходит до сотен тысяч рублей! Сами «на рынок» выходить не пробовали?
– Было несколько прямых поставок для салона «Русский сувенир» в Сургуте, частники же всегда то обманывали, то цену сбивали. Шахматы «Крестоносцы» – сложная, творческая работа, фигурки до 70 мм  – как-то заказчик приобрел всего за 25 тыс. руб. Жить-то надо, а ездить самой продавать некогда, да и не умею я. В Омске заказчица захотела... ручку для двери – длинную, изогнутую, в виде женской фигуры. Как я ни объяс­няла, что кость клеить нельзя, да и красота из работы «уйдет» – не поняла, так я сама от заказа отказалась.

– Если не в частные коллекции, то куда попадают ваши работы?
– Мои работы в свое время были в фондах исторического музея в Москве, в коллекции «Виктори» Государственного музея искусства народов Востока. Я в Союз художников-то вступила только в 1998 году. Уговорила искусствовед Любовь Бызова. Это давало возможность «соревноваться», участвовать в выставках по всей России. Постоянно получала дипломы, грамоты… и все! Москвичи всегда «прибеднялись»: в 1996-м на рес­публиканской выставке «Прикладное искусство» в ЦДХ три работы из бивня мамонта «оптом» за 6 тысяч рублей купили. За I и III премии в 2000-м на конкурсе «Тобольский сувенир» только через год после распоряжения Собянина кое-как чиновники отдали 2 тыс. рублей.

– Поделитесь секретом, чем кость режете? Особенный материал явно требует «хитрых» инструментов?
– Инструмента немного – «старый запас», пилки со средними зубцами покупаю на рынке, ломаются часто. Для мелкой обработки использую давно купленную в «Медицинской технике» стоматологическую бормашину с разными самодельными насадками. Мастерской сейчас у меня нет, работаю дома, хотя это трудно – нужна хорошая вытяжка. Полировка вручную – сначала «наждачкой» самой мелкой, потом мелом. Есть и свои секреты, и фабричные навыки. В Тобольске я работала только с самыми дорогими материалами – бивнем мамонта и зубом кашалота. Кость кита, клык моржа, рог лося, кость коровы – ценность по убывающей. Сейчас запрет на истребление многих животных свел наличие сырья для резки к минимуму. Бивня мамонта, понятно, тоже больше не становится. Да и капризный это материал, редкому косторезу сам «открывается». Ему от 4 до 10 тысяч лет, но он при этом сырой и должен вылежаться не менее года (лучше три). Торцы нужно обязательно покрыть клеем, чтобы поверхность не разорвало, когда будет «вода уходить». Но мне очень нравится работать именно с бивнем. Я часто даже эскизы не делаю – просто режу...

СПРАВКА

Цены на продукцию, позиционирующуюся как «Авторское изделие из кости, элитные подарки». Москва.

Низший диапазон цен – до 13 тыс. руб.
Средний – от 13 до 26 тыс. руб.
Высший – 26 тыс. руб. и выше.

Фигура «Кит» – 26 000 руб. (размеры: 85х85х280 мм). Из кости кита.
Фигура «Моржи» – 585 000 руб. (размеры: 150х150х80 мм). Из бивня мамонта.
Несколько фигурок мамонтов на подставке «Ледниковый период» – 390 000 руб. Из бивня мамонта.

Максимальная цена в каталоге – 950 000 руб.

В ноябре заметно изменились цены на дизельное и газовое топливо. ...
545 0
Это было одно из первых заведений подобного рода в нашем городе. ...
376 0
Вечный спор продавца с покупателем в условиях Омска приводит порой к неожиданным результатам. ...
После стресса и угрозы для жизни животное стало питаться с удвоенным рвением (ФОТО). ...
154 0
Стиль жизни
Наверх