фото из архива ТРИЭС

«Если она дура, никакая «Шанель» не спасет»


Юлия Соболева

В жизни  председателя совета директоров  «Омсктехуглерода» Валерия Каплуната был период, когда деньги не только не спасли его от тюрьмы, но и сами стали причиной заключения.


– Валерий Николаевич, как вы думаете, не переоцениваем ли мы роль денег?
– Деньги всего лишь эквивалент для обмена. Они способны принести поток благ, но только от человека зависит, как он ими распорядится. Есть люди, у которых картина мира такая же простая, как у моего кота. Что он будет делать с деньгами? Ну съест три апельсина, четвертый уже не сможет. Тогда он надевает костюм от «Бри­они», чтобы показать, что он может купить сто апельсинов. В процессе покупок люди так увлекаются, что часто забывают, ради чего они все это делают. Гипертрофированному самолюбию необходимо демонстрировать аксессуары.

– А у вас никогда не было такой потребности?
– Конечно, была. В юности мне хотелось одеваться модно, чтобы производить впечатление на девочек, потому что мой ум на них впечатления тогда не производил (смеется). Когда я уже состоялся, это прошло.

– И вы теперь свободны от власти красивых вещей?
– Да нет, я и сейчас нахожусь в зависимости, например, от своего угле-пластикового велосипеда. У меня есть прекрасные лыжи, и я от них в страшной зависимости. Я люблю красиво одеваться, галстук лопатой уже не надену. Моменты павлиньего тщеславия есть у всех. Хотя я бы не стал культивировать вещи как способ удовле­творения своих желаний. Это всего лишь средство достижения целей. Так и деньги должны быть инструментом для достижения более высоких целей.

Для матери – это воспитание ребенка. Для меня – создание компании мирового уровня. И нам обоим для этих высоких целей нужны деньги.

– То есть вам не кажется глупым, когда человек покупает какой-нибудь гаджет стоимостью в месячную зарплату?
– Я ничего плохого в этом не вижу – это его слабость или способ выделиться. Как не вижу ничего плохого и в желании женщины ходить, например, только в «Шанель». Люди создают эти ценности, они важны, это стимул. Быть оригинальным, красивым – это хорошо. Конечно, красота человека не заключается только в оболочке. Если она дура, никакая «Шанель» не спасет. Должна быть гармония.

– Не пугает ли вас главная тенденция нашего общества, согласно которой все вовлекаются в бесконечную гонку за все новыми вещами, подстегиваемые рекламными обещаниями счастья?
– Это нормально. Да, мы сейчас меняем вещи не потому что они изнашиваются, а потому что появляются более совершенные модели. Ускоряется научно-технический прогресс, а с ним ускоряется и обмен вещей. Как следствие, производители должны убеждать нас, чтобы мы выкидывали нестарые вещи. Бесконечная тяга к чему-то новому заложена в природе человека.

– Время, проведенное в тюрьме, изменило ваше отношение к вещам? Страдали ли вы от невозможности обладания ими в тот момент?
– Я страдал, конечно, но не потому что не мог носить костюм от «Бри­они» или часы «Брегет». Все это отошло на второй план. Я страдал от скуки, от отсутствия информации об окружа­ющем мире, страдал от недостатка общения. Хотя ел я от пуза, выпивал даже, но ограничение пространства духовного было невыносимо. Это у моего кота пространство не больше квартиры, а у меня оно простирается на 13,8 миллиарда световых лет. А меня в камере в 24 кв. м закрыли! Конечно, я страдал. Но эти страдания изменили мою душу, и, как минимум, я стал сильнее, увереннее в себе.

– А какая вещь для вас стала символом того, что вы теперь свободны?
– Галстук. Как символ некоего эстетства, поднятия над суетой. Он был бы противоестественен в камере.

– Согласны ли вы с библейским утверждением, что легче верблюду пройти через игольное ушко, чем богатому человеку попасть в рай?
– Я думаю, плохо быть неправедно богатым. Когда человек разбогател не потому, что общество оценило его труды и воздало ему по заслугам, а потому что он забрал деньги у общества, не спрашивая у него разрешения. Вот, например, граф Цеппелин тратил деньги на развитие отрасли. Супруги Кюри на свои деньги содержали институт. Граф Толстой тоже в рубище не ходил. Разве они были неправедны? А меня за что в ад? За то, что создал компанию, производящую инновационный продукт, и продвигаю его на европейском рынке? За то, что приношу пользу обществу?

– Я не отправляю вас в ад! Речь идет о том, что при наличии богатства сложнее бороться с искушениями.
– Будучи в тюрьме, трудно изменить своей жене. И в заслугу это ставить нельзя. Бедняк может быть благородным, но это может быть вынужденным качеством. Я не думаю, что среди бедняков подлецов меньше, чем среди богачей. Приведу и другой пример. В годы блокады в Ленинграде люди ели человечину. Не было бы блокады, они прожили бы жизнь добропорядочными людьми, стали бы любящими дедушками. Бедность подводит людей к последней грани, а богатство, напротив, может избавить людей от каких-то подлостей. Если человек сытый, зачем ему есть кого-то?

– У него могут появиться другие не самые благие желания...
– Все зависит от картины мира. Если она плоская и убогая, то такое же убогое представление обо всем, в том числе и деньгах. Человек будет думать, что "бабки" решают все. Убогое сознание пустое, а природа не терпит пустоты. Человек начинает заполнять ее вещами, спа-процедурами, сексуальными наслаждениями. В этой гедонистической модели деньги играют колоссальную роль. Если человек живет в этой системе, для него деньги абсолютны, и он будет видеть их как единственное средство удовлетворения желаний. Но это проблема восприятия, а не денег. Если у человека есть высокая цель, для него нет категорий бедность и богатство. Эйнштейн был бедный или богатый? Да неважно. Никто не вспоминает, как он жил, важно, что он принес человечеству.

– А что двигало вами, когда вы начали зарабатывать?
– Я родился в обычной рабочей семье, и мне хотелось иметь больше денег, потому что не все свои желания я мог удовлетворить. И я всегда понимал, что смогу добиться большего. В то время мои желания лимитировались уровнем моих доходов. Сейчас это не так – мое потребление не определяется уровнем моих доходов.

Но появляются другие лимиты – физиологические, духовные, нравственные. В этом есть великий закон бытия. Я могу купить хоть четыре автомобиля БМВ, но я не смогу их использовать. С каждой новой вещью теряется острота восприятия. Наркоман, получая первую дозу, испытывает невероятное блаженство. Десятую дозу он принимает только для того, чтобы избежать страдания. Кайфа уже нет. Природа не дает прикоснуться к вершинам сладострастия. Отсюда вечная гонка.

– И жертв этой гонки мы видим на страницах светских хроник.
– Недавно был сюжет про директора школы, который брал взятки за поступление. Жемчуг и кристаллы Сваровски он использовал в качестве элемента декора для стен. Это гипертрофия потребления, нормальный человек не стал бы такого делать. Человек сошел с ума от неправедного богатства. Ему нужно было заполнить пустоту жемчугом, он упивался тем, что у него есть то, чего нет ни у кого. И как только он всего этого лишился, он умер. Прямо в тюрьме. Потому что ему не из-за чего стало жить. Когда меня посадили в тюрьму, мне тоже в первый момент показалось, что жизнь померкла. Но потом я понял, что мне есть ради чего жить. Я решил, что не сдамся, и это придало мне сил. Идеи, а не деньги определяют наше энергетическое начало. Хотя и выросли мы из биологии. И чем величественней наши цели, тем значительней наши возможности. Простите за банальность фразы.

Анекдот от Валерия Каплуната о том, что в погоне за статусными вещами можно забыть о том, зачем они были нужны:
Ковбой скачет по прерии. Под деревом раскинулась красивая обнаженная женщина.
– Как бы подкатить к ней? – думает ковбой. – Покрашу-ка я ноги своей лошади в зеленый цвет, проскачу мимо. Она спросит: «Ковбой, а почему у твоей лошади ноги зеленые?» А я отвечу: «Неважно, почему зеленые, важно, что у меня желание познакомиться с тобой поближе».
Покрасил. Скачет. Женщина – ноль внимания.
– Может быть, всю лошадь покрасить, – задумывается всадник. – Затем проскачу мимо... А она спросит... А я ей скажу...
Покрасил, но женщина опять не реагирует.
– А может, на зеленой лошади нарисовать красные полоски, – сказал себе ковбой. И поскакал.
– Слушай, ковбой, что ты тут все скачешь? – спрашивает его обнаженная. – Давай лучше займемся любовью!
Ковбой отвечает:
– Да отстань ты! Лучше посмотри, какая у меня лошадь получилась!

В ноябре заметно изменились цены на дизельное и газовое топливо. ...
593 0
Это было одно из первых заведений подобного рода в нашем городе. ...
418 0
Вечный спор продавца с покупателем в условиях Омска приводит порой к неожиданным результатам. ...
Стиль жизни
Наверх