фото из архива ТРИЭС

«Не хочешь, чтобы твои дети выросли нормальными людьми, купи им диплом в переходе»


Юлия Стрельская, "Любинский проспект" 25-02-2013

Можно сколько угодно рассказывать о том, что главное в жизни – созидание, но если юный сын рассказчика не вылезает из дорогих ресторанов, цена таким словам невелика. Поэтому, послушав гладкие речи директора компании «Сибирский лифт» Сергея Кострика о его негативном отношении к ценностям потребления, мы задали вопрос о детях.


Сергей Константинович, неужели при всех ваших возможностях вы удержались от соблазна дать детям все, что можно купить за деньги? Для начала, например, диплом.
– Во-первых, больших денег у меня никогда не было. Во-вторых, убежден, что деньги должны быть заработаны собственными усилиями. Я категорически против того, чтобы баловать детей материально. Это портит людей кардинально. Когда моя дочь поступала в институт, я видел, как она несерьезно к этому относилась: готовилась спустя рукава. Естественно, не поступила. Потом они с супругой на меня наехали – надо бы на коммерческое отделение записать. Я сказал: «Нет – в армию не идти, пусть готовится поступать на следующий год». И отношение было уже совсем другое – она стремилась, работала, учила.

– Поступила?
– Ей не хватило всего полбалла, но, видя ее усилия, я согласился оплачивать обучение. Это уже не было халявой, человеку просто не повезло.

– У вас еще три сына. Им-то как раз армия грозила бы в случае непоступления. Неужели не подстраховывали?
– Все мои сыновья поступали самостоятельно. Младший, отличник, в прошлом году окончил ОмГТУ с красным дипломом. И вот в университете был юбилей, и заведующий кафедрой мне говорит: «Сергей Константинович, к своему стыду, я совсем недавно узнал, что ваш сын полгода назад закончил наш университет с красным дипломом». Я ответил, что так и должно быть. Смысл тащить ребенка пять лет? Не хочешь, чтобы твои дети выросли нормальными людьми, сразу купи им диплом в переходе. Зачем им еще пять лет болтаться бесполезно?

– Сын-отличник сейчас с вами работает?
– Здесь он год поработал, а потом поехал в Южную Корею в Сеульский университет, чтобы учить язык. Там каждый день нужно было ездить из поселка в университет, и партнеры очень удивились, что сын директора ездит не на такси, а как все – на автобусе. Рассказывал интересные вещи. Корейцы, живущие за пределами страны, присылают туда своих детей, чтобы те учили язык. Очень часто они проводят время не на учебе, а гуляя по кафе и вечеринкам. Одного отчислили, сын спрашивает: «Что отцу-то скажешь?» Отвечает: «Скажу, что закончил». «А если диплом попросит предъявить?» – «Скажу, что потерял». Ну вот, и в чем смысл?

– А ваш сын преуспел в изучении корейского языка?
– Да. Недавно была его свадьба, приезжали гости из Южной Кореи. Сын переводил тосты, поздравления.

Ну неужели ни у одного из сыновей не было сложностей с учебой,­ которые помогли бы преодолеть папины связи?
– Повторяю, все, что достается без труда, не ценится. У среднего сына не было настроя учиться. Но я ему сразу сказал, что ни платить, ни договариваться не буду. После техникума он поступил в политех почти без экзаменов. Год проучился и бросил. Я его отправил на завод в заготовительный цех кувалдой махать. Полтора года он поработал и пришел: «Я осознал. Учиться хочу». – «Дело хорошее, – отвечаю. – Восстанавливайся, но ни платить, ни договариваться я не буду и сейчас». Хотя все возможности имеются – с нынешним ректором мы учились в одной группе. Восстановился, закончил. Сейчас работает начальником монтажного участка, человеком стал. Недавно было интервью с Павлом Кручинским (директор экономического департамента администрации Омска, ранее – учредитель компании «Миэль-Недвижимость» – прим. ред.), который сказал, что его сыновья служили в армии. И это правильно – молодой человек должен познать жизнь. Это не значит, что обязательно нужно загнать своих детей в армию, речь о принципе. Молодой человек должен понимать, что его жизнь будет зависеть от него, а не от отца. Когда родители уйдут, из золотой молодежи ты превратишься в ничтожество. Начнутся депрессии, мысли о недооцененности. Но как оценивать, если за жизнь ты ничего не сделал? Меня возмущает, когда молодые люди вместо того, чтобы рассказывать о себе, о своих достижениях, начинают говорить о родителях. При чем тут родители?

А как вас воспитывали? Во сколько лет вы уехали из родного гнезда?
– Я приехал в город учиться, когда мне еще не было семнадцати.

Родители помогали материально?
– Иногда мама звонила, спрашивала, не прислать ли денег. Я всегда отказывался, мне, совершеннолетнему, было стыдно тянуть с родителей: нас было трое братьев, мама вела дом, работал только отец. Поэтому я разгружал баржи, вагоны, зарабатывал, как мог, надеялся только на себя. Зато сейчас могу сказать, что всего в жизни я добился сам. Пришел на завод мастером и прошел все ступени до генерального директора.

Но наверняка в молодости хотелось чего-то, чего никак не получалось себе позволить?
Конечно, я очень хотел автомобиль – любой, лишь бы ездил.

Сколько вам было, когда удалось исполнить мечту?
– Тридцать два. Деньги занимал, потом горбатился, работая на заводе, подрабатывал дополнительно.

Стоило того?
– Наверное. Нравилось, что можно самому съездить за грибами, на рыбалку и ни к кому не проситься.

– А сейчас никогда не ловите себя на желании владеть очень дорогими вещами?
– Каких-то запредельно дорогих вещей у меня никогда не было. Вот был недавно в Москве, встречался с приятелем. Подошел его знакомый, часовой мастер. И показывает – вот у меня часы за шестьдесят тысяч долларов. Спрашиваю, зачем такие нужны? «Ну как?» – отвечает. Стал объяснять. Но я так и не понял. Вот у меня было желание иметь комфортное жилье. Теперь есть. При этом я по-прежнему не понимаю, зачем нужно строить трехэтажные усадьбы. Их владельцы, наверное, годами на третий этаж не поднимаются. А дорогие автомобили? Я хотел автомобиль, который не ломается и на котором я могу зимой проехать на дачу по занесенной дороге. Мне нужно четыре ведущих колеса, а не «Ленд Крузер», который съедает тридцать литров бензина на сто километров. Что еще нужно человеку? Нормальное мед­обслуживание, съездить куда-то с семьей раз в год. Все это нужно, чтобы потом нормально работать, и оно не требует очень больших и нечестных денег.

– То есть главное в жизни – работа?
– Главное – дело. Как в молодости в стройотряде говорили: работы вокруг много – бери лопату да копай. Нужно, чтобы от работы польза была. В моем возрасте важно дело – я хочу оставить после себя что-то стоящее. Еще важно, чтобы семья не бедствовала, копейки не считала, дети не огорчали.

Несовременный подход, однако. Наверное, и хобби у вас дорогих и экзотичных нет?
– Люблю природу. Летом с семьей живем за городом. Там отдыхается лучше. Жена – в огороде, я – по строительной части. Все время думаю, как что-то переделать, пристроить.

Зачем так горбатиться? Можно же кого-то нанять – все сделают в лучшем виде!
– Мне это нравится, меня это отвлекает от руководящих забот. Заодно физическая нагрузка.

Получается, счастье не купишь? Только своими руками и только если всю жизнь посвятить делу?
– Есть много вещей, которые не купишь. Не купишь ни дружбу настоящую, ни настоящую любовь. Как там было в «Брате-2»? В чем сила?

Эпиграф от Сергея Кострика
Из к/ф «Брат-2»

– А мне здесь нравится. В Америке вся сила мира.
 – А в чем сила, брат?
 – А вот в чем – в деньгах вся сила, брат! Деньги правят миром,
    и тот сильней, у кого их больше.
 – Ну хорошо, вот много у тебя денег. И что ты сделаешь?
 – Куплю всех!
 – И меня? (…) Я вот думаю, что сила в правде. У кого правда –
тот и сильней. Вот ты обманул кого-то, денег нажил.
И чего, ты сильнее стал? Нет, не стал. Потому что правды за тобой нет.

Аналитики говорят, что рынок стабилизируется. ...
376 0
Планируется, что в них будет помещаться и два человека. ...
Вечный спор продавца с покупателем в условиях Омска приводит порой к неожиданным результатам. ...
Но ее первой и самой главной «любовью» стал костюм уточки, купленный в супермаркете. ...
163 0
Стиль жизни
Наверх