фото из архива ТРИЭС

...БУДЕМ ЖИТЬ!


Ольга Зенкина

Владимир   Вострейкин, герой Великой Отечественной войны, летчик, ныне — председатель совета ветеранов Советского административного округа города Омска, рассказал корреспонденту top55 о своих  военных годах.

 

Сталин разберется

- Когда мне было 11 лет, отца арестовали - якобы за «контрреволюционную деятельность». Вчера еще он ездил в Москву, получать награду как стахановец, а сегодня  - забирают неизвестно куда. Мы не могли поверить. Когда его уводили, отец сказал «Не плачьте, Сталин разберется и я вернусь». Не разобрался: через четыре дня отца расстреляли. Позднее хотели арестовать и мать — мы об этом случайно узнали до того, как за ней пришли. Пришлось бежать: бросить все и следующей же ночью уехать из Казахстана на поезде в Киргизию, в город Фрунзе. Там нас и застала война.

Немецкий чуть до штрафбата не довел

- В Киргизии у меня появился лучший друг, Коля. Мы вместе охотились на птицу, тогда я и научился хорошо стрелять, на слух. Когда объявили о нападении фашистской Германии, мы с Колей несли домой добычу - фазанов. Это был июнь, а в июле мы оба уже отправились на фронт. Коля хорошо знал немецкий язык — его мама была учительницей в школе — поэтому его должны были направить в разведку, забросить прямо к фашистам. Он и меня позвал с собой. Поскольку я немецкого не знал — все проверочные работы по нему за меня писал Коля. А я стрельбу за него сдавал. У нас почти получилось, но все же раскрылось, что я языка не знаю, и в разведку меня не пустили. Угрожали штрафбатом, но в конце концов отправили в авиацию.

Про газетные портянки

- А в декабре сорок первого мы прибыли в Челябинскую область — учиться летать. Но первым делом нас повели за дровами. На дворе трескучий мороз, а у нас шапки легкие, ботинки тоненькие, портянки летние. Ноги у меня закоченели — казалось, что отморозил. Сижу, растираю их снегом — больно невыносимо. Ко мне подошел командир, спросил почему я плачу - а я даже и не замечал, что у меня слезы текут. И он мне тогда выдал...не носки, нет - старые газеты. Чтобы ноги заворачивать поверх портянок. Все ж теплее, чем ничего.

Вместо гауптвахты - медаль

 - В феврале сорок третьего года мы стали летчиками. Нас отправили в Москву, выдали меховое обмундирование, распределили по частям. Первый бой у меня был на Брянском направлении, но не в воздухе, а на земле. Только прибыли мы на аэродром после распределения — и тут слышится ужасный гул: прилетели немецкие самолеты и давай нас бомбить. Было очень страшно: сидели в траншее — а вокруг снаряды рвались. Сам не понимаю, как так вышло: я услышал, что замолчала одна зенитка и побежал к ней. «Старики» ругались, кричали, чтоб остановился - «помрешь ведь». А я все равно к зенитке рванул. Возле нее трех девушек-зенитчиц увидел — всех убило. Новичок я был, а встал у турели. И так повезло, что за минуту сразу два немецких самолета сбил. А потом и третий. А дальше меня осколком зацепило, очнулся уже в больнице. Там меня командование нашло: сначала пугали гауптвахтой за нарушение дисциплины, а потом все-таки наградили — медалью «За боевые заслуги».

Шоколадная премия

 - Для меня был специальный приказ: «Ввиду несовершеннолетия, штурману Владимиру Вострейкину заменить премиальные алкоголь и табак шоколадом». Я весь этот шоколад отдавал нашим девушкам-зенитчицам. Они меня поэтому прозвали «Птенчиком» - ну и за то, что я молодой был совсем. Девчонки нам все время помогали — и парашют десятикилограммовый надеть и залезть с ним в бомбардировщик. Перед боем всегда говорили «Смотри там, не балуйся! Возвращайся живым».

Все как в кино

 - В фильме «В бой идут одни старики» - все правда. Кроме художественной самодеятельности, ее у нас не было. Зато один раз, как в кино, искали немецкие танки, «Тигры». Никак не могли обнаружить, потом заметили, что они под копны сена замаскированы — и все разбомбили. Возвращаемся назад,  на нас немец летит — а у меня патронов нет уже. Выхватил ракетницу, успел выстрелить чудом. Он убрался, а мы вернулись в полном порядке, с выполненным заданием. Только меня до конца дня трясло так, что я говорить не мог.

Как последний бой чуть не стал причиной новой войны

 - Последний бой у нас был 10 мая сорок пятого. Мы покидали территорию Германии, уже знали маршрут «домой». И вдруг прилетел командир корпуса с приказом от Жукова: потопить эсэсовцев, которые на баржах уходят в Англию. И мы полетели. Когда добрались до барж — нас английские самолеты атаковали, чтобы их уход прикрыть. Три самолета мы им сбили. Из-за этого инцидента едва война с Великобританией не началась.

Йога и танцы — секрет бодрости

 - В военном госпитале доктор мне комплекс упражнений из йоги выдал и сказал: «Будешь делать каждый день — будешь жить». И вот я всю жизнь каждый день по полтора часа занимался гимнастикой. По началу сложно было, зато до сих пор форму держу. Сейчас многие упражнения уже не под силу — возраст. Но я занимаюсь танцами. Хожу танцевать под духовой оркестр. Помогает бодрость духа сохранить.

О трудностях и отношении к труду современной и «военной» молодежи

    Несмотря на трудности, нам хотелось работать. С одной стороны в нас говорил патриотизм: мы знали, что делаем дело для своей страны, а она заботится о нас. С другой — взаимовыручка. Отношение людей друг к другу было другое: хотелось, чтобы мой товарищ жил также хорошо, как я живу. И результат всей работы всегда зависел от того, как ты трудишься, а не от того, как «тебе повезло».
   Сейчас у нас в стране частная собственность: это значит, что хозяин предприятия может зарплату сам устанавливать или вообще не платить. Ему нужна выгода: работать в ущерб себе ради блага сотрудников он не станет. И заботиться о том, чтобы у человека было рабочее место тоже не будет: не прошел испытательный срок — тебя уволят, сказал что-то не то — тоже уволят, не хочешь работать сверхурочно — до свидания.
В нашей молодости вся собственность, в том числе и предприятия, была государственной. Это значит, что работа была распланирована четко и заранее, зарплата всегда сохранялась на достойном уровне. Кроме того, молодых специалистов старались заинтересовать работой, а не пугать тем, что завтра им  будет нечего есть.
В свое время, когда я работал, куда бы меня не переводили, я никогда не спрашивал «А какая у меня зарплата будет?», потому что знал — государство меня не обидит. А сейчас молодым специалистам приходится спрашивать. И часто такую сумму называют — копейки - что человек не хочет даже начинать работать. Сейчас даже многие пенсионеры живут лучше молодежи, потому что им не нужно содержать семью на какие-нибудь десять тысяч зарплаты. Это говорит о том, что заботы не хватает стране. Заботы о своем народе.

На заметку

О «трудные годах» тружеников тыла   рассказала Ольга Кортунова, экскурсовод Омского экскурсионного бюро [на пенсии]

В годы войны в Омск было эвакуировано около 100 промышленных предприятий из разных уголков Советского Союза, среди них — Москва, Санкт-Петербург, Запорожье и другие. Каждый уже существующий омский завод сумел вместить в своих стенах по 2-3 эвакуированных. Сюда же переезжали рабочие этих заводов со своими семьями. Их подселяли в дома омичей, было тесновато: 1-3 семьи в одной жилплощади.

Все заводы — существующие и вновь прибывшие — переквалифицировались для производства военной техники и боеприпасов. Так, на заводе им. Козицкого собирали радиостанции, на Судоремонтно-судостроительном и Агрегатном заводах — снаряды, на заводе им. Баранова — военные самолеты (и т.д.)

В ноябре заметно изменились цены на дизельное и газовое топливо. ...
427 0
Это было одно из первых заведений подобного рода в нашем городе. ...
280 0
Вечный спор продавца с покупателем в условиях Омска приводит порой к неожиданным результатам. ...
О своих вкусах и принципах он сообщил собратьям по дорожному движению. (ФОТО) ...
203 0
Стиль жизни
Наверх